Мрамор в оппозиции
Руководство страны взялось за переделку Украинского дома

П.Павлова,

Киевские ведомости,

19.07.05

Решил наш Президент обновить Украинский дом. Да так, чтобы он "воплотил в себе все украинское". И поручил он это Игорю Тарасюку — главе Государственного, управления делами и Оксане Билозир, министру культуры и туризма. Думали чиновники, думали, "крутили и так и эдак". Да так ничего и не придумали. И обратились к народу.

- Сделать из этого дома что-то такое, чтобы отражало украинские традиции и тенденции, очень сложно, — посетовал Игорь Тарасюк.

Сложнее всего у руководящих голов, как оказалось, с мрамором, которым облицовано здание. В воображении министра культуры и туризма и главы ГУД он, белый и холодный, никак не укладывается в рамки порученного им дела. "Ну никак не соединяется мрамор с украинской культурой", — считает Игорь Григорьевич. Но поручение-то от самого Президента, а значит, думу дальше думать надо и дело делать. И созвали Билозир и Тарасюк пресс-конференцию в Украинском доме, и огласили, что скоро объявят конкурс на проект обновления этого самого Дома. То есть теперь думать должны все. Дом-то — народный, как постоянно подчеркивал Игорь Григорьевич.

Один из журналистов сразу с идеей подсобил — посоветуйтесь, мол, с итальянскими мастерами-реставраторами, они, дескать, специалисты в области реанимации старых зданий. На что Оксана Билозир возмутилась:

— Не унижайте Украину. У нас есть свои специалисты! Мы все будем делать, чтобы возродить качество своего культурного наследия. Со своими дизайнерами и реставраторами.

Каким же будет новый вид здания? Единственно понятным мне стало высказывание г-на Тарасюка, что они (ГУД и Министерство культуры) "готовы поменять форму". А какой должна быть форма? Тут чиновничьи головы мыслят в диапазоне от минимума — "может быть, будет достаточно повесить какой-нибудь гобелен" — до максимума: "будем рассматривать и варианты сноса этого здания и возведения нового с нуля". Зачем, спрашивается? Ведь г-н Тарасюк сам признался, что "площадь Дома (теперешнего) позволяет много что делать".

Правда, он заверил, что в Украинском доме "выставочная деятельность, конференции и форумы — все сохранится". Но нужно, чтобы в нем и "Президент мог принимать иностранных гостей, и чтобы бизнес-форумы могли проходить".

Кто платить будет и во сколько обойдется новое воплощение украинских традиций, пока не ясно. Когда закончится конкурс, все идеи презентуют для "общественного диалога", объяснил Игорь Тарасюк, "тогда и будем говорить про деньги". Но без привлечения инвесторов не обойдется. Странно, к чему тогда мнение общественности, если проект должен быть привлекателен прежде всего для инвестора? Тарасюк сразу же объяснил "к чему": "Насколько он привлекателен для инвестора, будет зависеть от того, каким будет проект". Теперь понимаете? В связи с коммерциализацией происходящего не ясно, найдется ли в новом проекте местечко для Музея истории Киева, экспонаты которого на данный момент ютятся в помещении Украинского дома. Судя по настроению министра культуры — навряд ли. Хоть и говорила пани Оксана о "приоритетности внутреннего туризма", но как зашел разговор о судьбе Музея истории Киева, очень она возмутилась, дескать, не ее, не министерское, это дело! Вопросы о судьбе музея, дескать, ее унижают, и их надо задавать городскому голове.

— Неужели в столице, где столько новостроек, нельзя построить музей столицы? — негодовала пани Билозир.

Еще бы, вопросы о каком-то там музее ее не унижали! Ведь у министра есть вопросы поважнее. Поглобальнее.

Размах идеи культуристического руководства поражает: сотворить из Украинского дома центр, куда бы наши граждане и иностранцы слетались для "делового и культурного сотрудничества". А затем по всему миру десантировать филиалы столичного дома. То есть Украинский дом в зарубежных странах станет чем-то вроде торговой марки. Правда, заслышав вопрос, который сам напрашивался: "Если Украина — это торговая марка, то как собираются на ней зарабатывать?", пани Билозир снова возмутилась:

— Неприятно мне такое слышать, — и попыталась научить, как надо сей бренд понимать. — Вот приезжаете вы во Францию, а там знают, что Украина, это потрясающие художники, огромные ученые. Вот такой должен быть подход, выше, чем меркантильный или финансовый! Подход-то хороший, но если говорить о популяризации украинского искусства, то почему, когда на Каннский фестиваль отправлялся наш режиссер Игорь Стрембицкий со своими "Подорожніми", в финансовом плане ему пришлось выкручиваться самостоятельно?

Возвращаясь к будущей форме "народного" дома, даже к шутливой идее Игоря Тарасюка — сделать его в форме украинской писанки, Оксана Билозир отнеслась серьезно: "Прекрасная идея, Игорь Григорьевич, фантастическая!"

Не знаю, видела ли Оксана Владимировна Французский культурный центр в Киеве, но лично я частенько бывала в простенькой двухэтажной пристройке к жилому дому, коей этот центр и является. Там чисто, уютно и скромно. И при этом никакого презрения к стране Эдгара Дега, Монтескье и Паскаля у меня не возникало.

Что будет из себя являть сеть украинских домов? По-видимому, у нашего министра культуры и туризма ясной картинки нет. Все, что она сказала, это: "будет новое качество представления Украины в мире — однозначно".

А пока Украинский дом как жил, так и живет. И даже зарабатывает. Как рассказала журналистам его директор Наталья Заболотная, за этот год прибыль составила около 200 тысяч гривен.

Мрамор в оппозиции Руководство страны взялось за переделку Украинского дома

П.Павлова,

Киевские ведомости,

19.07.05

Мрамор в оппозиции
Руководство страны взялось за переделку Украинского дома